Вот действительно old money. Эти богатейшие семьи заработали свои состояния столетия назад, но смогли их сохранить

02 декабря 2023 в 8:00
Источник: Валерий Волатович

Вот действительно old money. Эти богатейшие семьи заработали свои состояния столетия назад, но смогли их сохранить

Источник: Валерий Волатович

Когда речь заходит про одновременно богатейшие и старейшие семьи мира — то, что действительно является old money («старые деньги»), — первое, что приходит на ум, — это сохранившие престол монаршие династии. Однако с ними есть один важный нюанс. В абсолютном большинстве случаев (особенно это касается европейских монархий) такое богатство принадлежит не физически существующим Виндзорам, Бурбонам, Бернадотам, а той или иной короне как институту. Династия может смениться, но все эти накопленные за века дворцы, коллекции произведений искусства, драгоценности просто перейдут следующим взошедшим на престол людям. Однако и сейчас существуют семьи, нынешние представители которых могут благодарить за свое преуспевание далеких предков, некогда вытянувших счастливый билет при тех или иных обстоятельствах. И что самое удивительное, далеко не все они являются представителями наследственной аристократии. Мы выбрали пятерку самых характерных примеров родов, разбогатевших давным-давно, но умудрившихся сохранить свои состояния и в 2023 году. Как?

Альпийские финансисты

В этой подборке все же будет одна правящая европейская династия, но лишь потому, что она в определенном смысле особенная в ряду себе подобных. Семья Лихтенштейнов с XII века (то есть уже без малого тысячелетие) считается образцом старой европейской аристократии, пройдя за это чудовищно долгое время путь от владельцев одного из бесчисленных средневековых замков (его название и стало фамилией рода) до правителей пусть и карликового, но собственного государства на швейцарско-австрийском пограничье.

Впрочем, расцвет влияния и богатства семьи пришелся вовсе не на нынешние времена, а на XVI—XVII века, когда им принадлежали колоссальные земельные владения в современных Австрии, Чехии, Германии и Польше. Помимо крупных латифундий (например, одно время Лихтеншейны владели примерно третью всей территории Богемии — Западной Чехии) и впечатляющей коллекции недвижимости (количество их дворцов и замков с трудом поддается перечислению), они за века сформировали и ценнейшую коллекцию произведений искусства, жемчужиной которой был «Портрет Джиневры де Бенчи» Леонардо да Винчи.

Резиденция династии в Вадуце (Лихтенштейн)

Однако в XX веке для Лихтенштейнов наступили тяжелые времена. Империя Габсбургов, где они существовали, распалась, а на ее месте возникли новые независимые государства, и для многих из них эти аристократы ассоциировались с прежними временами. Значительную часть их владений национализировали (на территории ставших социалистическими после Второй мировой Чехословакии и Польши семья лишилась всего), и, хотя часть дворцов (например, оба венских и родовой замок в Австрии) сохранились за династией, до былого могущества было очень далеко. Дошло до того, что в 1967 году попавший в затруднительное финансовое положение глава рода Франц-Иосиф II был вынужден продать семейного Леонардо вашингтонской Национальной галерее искусств.

Тем удивительнее современное состояние дел Лихтенштейнов.

Нынешний князь Ханс-Адам II считается богатейшим монархом мира с состоянием в $9,2 млрд. При этом, в отличие от большинства других европейских королей, львиная доля этих денег принадлежит князю на правах личной собственности, а не является частью коронных активов. Все дело в том, что именно Ханс-Адам в молодости сумел превратить частную лихтенштейнскую банковскую и финансовую фирму LGT Group в одну из крупнейших в мире компаний по управлению чужими состояниями. Элитный, очень закрытый банк для самых богатых ныне располагает активами на $300+ млрд, и даже если Лихтеншейны вдруг потеряют свой княжеский престол вместе с оставшимися замками, дворцами и картинами, эта фирма у них останется.

Еврейские бароны

Ротшильды — одна из самых известных бизнес-фамилий мира, которая столь же привычно ассоциируется с деловым долголетием, сколь и с антисемитскими теориями заговора. До второй половины XVIII века Ротшильды были семьей ювелиров и денежных менял, оказывавших деликатные услуги принцу Гессенскому, но по-прежнему живших в еврейском квартале Франкфурта в доме, который украшал красный щит (отсюда фамилия: roten Schild — «красный щит»).

Однако Майер Амшель Ротшильд, ставшей главой семейного дела в 1755 году, сумел трансформировать его в банк, причем с интересами по всей Европе.

У Майера было сразу пятеро сыновей, и каждый из них после смерти отца получил по филиалу: во Франкфурте, Лондоне, Париже, Вене и Неаполе. Конкурентами эти учреждения, обслуживавшие крупнейшие страны того времени, не были. Наоборот, Ротшильды всегда были очень крепкой семьей (даже браки долгое время заключались внутри нее, чтобы избежать рассеивания состояния на сторону), и эта атмосфера позволяла им обмениваться ценной политической и экономической информацией, получая преимущества перед конкурентами.

Семейный дом Ротшильдов (второй справа) во Франкфурте

Уже в 1816 году император Франц II пожаловал Ротшильдам баронский титул, и они, еще поколение назад жившие в гетто, вошли в круг европейской аристократии. Дело было, конечно, вовсе не в какой-то особой толерантности королевских и императорских дворов, а в том финансовом влиянии, которое Ротшильды, считавшиеся богатейшими людьми XIX века, получили.

Перипетии XX века успешно пережили британская и французская ветви династии, причем вышли из них они весьма удачно.

Долгое время существовавшие автономно, сейчас они вновь объединились в единую финансовую компанию Rothschild & Co, по-прежнему возглавляемую баронами де Ротшильд. Ее эмблемой до сих пор являются пять скрещенных стрел (семейный герб, придуманный основателем рода по числу собственных сыновей, разъехавшихся по Европе). Совокупный размер нынешнего состояния Ротшильдов определить невозможно — как из-за по-прежнему закрытого характера их бизнеса, так и из-за масштаба семейства и трудности оценки личной собственности каждого его представителя. Но, очевидно, речь идет как минимум о десятках миллиардов долларов.

Потомственные почтальоны

В 1991 году журнал Forbes ошарашил весь мир, включив в свой список богатейших людей мира 8-летнего мальчика, располагавшего, по мнению составителей, состоянием в $3 млрд. Звали юного миллиардера Альберт Мария Ламораль Мигель Иоганнес Габриэль фюрст (князь) фон Турн-и-Таксис. Эти деньги юный князь унаследовал после смерти своего отца, 11-го князя Турн-и-Таксис.

С тех пор прошло 30 с лишним лет, мальчик вырос и сейчас считается одним из самых завидных холостяков мира, ведь он по-прежнему очень и очень богат.

Увлекающемуся автогонками Альберту повезло родиться в княжеской семье, но наследников громких титулов множество, и далеко не все они являются миллиардерами (точнее, почти все не являются). Нынешнему главе семьи принадлежат самые крупные частные лесные угодья Германии (примерно 30 тыс. гектаров), другие земельные владения, недвижимость (дворцового и замкового характера) и прочее ценности, однако состояние семья Турн-и-Таксис сделала не на этом.

Альберт фон Турн-и-Таксис

С XV века далекие предки Альберта, выходцы из Италии, занимались европейскими почтовыми сообщениями — единственными возможными в то время трансграничными коммуникациями. Они владели почтовыми станциями, на которых курьеры могли менять лошадей, доставляя важные и не очень послания сначала сильных мира всего, а затем и всех, кто мог такую услугу оплатить. Больше не нужно было пускаться в сопряженное с рисками путешествие самостоятельно — достаточно было воспользоваться предложением специальной службы, принадлежавшей Турн-и-Таксисам.

В XVI веке представители семьи стали наследственными обер-почтмейстерами австрийских императоров, немало разбогатев на своей монополии.

Эти средства получившие титул имперского князя Турн-и-Таксисы вкладывали в приобретение земли, строительство своих резиденций, пивоваренные заводы и другие активы. Все это позволило династии даже после утраты своего почтового дела остаться в числе весьма состоятельных людей.

Дворец Турн-и-Таксисов в немецком Регенсбурге

Банкиры-ткачи

В 1367 году в немецкий Аугсбург прибыл некий Ганс Фуггер. Он был бывшим крестьянином, но решил стать ткачом. Это занятие, очевидно, приносило больше денег и удовлетворения, и Фуггер-патриарх быстро занялся не только производством тканей, но и торговлей ими, а также импортом хлопка. Следующее поколение добавило в список своих дел ростовщичество, а внук Ганса Якоб Фуггер — младший стал инвестировать в горнодобывающую отрасль и металлургию.

Этот представитель династии особенно успешно совмещал все свои деловые интересы, что позволило ему стать самым богатым европейцем своего времени и одним из самых состоятельных людей в истории человечества. По оценкам специалистов, пытавшихся соотнести принадлежавшие ему активы с понятными нам сейчас эквивалентами, его состояние в первой четверти XVI века достигало $400 млрд. Это прекрасно иллюстрирует влияние, которого достигли Фуггеры всего за три поколения.

Дворец Фуггеров в Аугсбурге

Банковские ссуды, хлопок, ткани, медь, ртуть, хлеб, земля и прочие недвижимые активы — интересы аугсбургского торгово-банковского дома Фуггеров были весьма диверсифицированы, что позволило им не разоряться, даже если какая-то часть бизнеса по тем или иным причинам разваливалась со временем.

Естественно, деньги не могли не принести им и аристократические титулы, и родство с семьями куда старше и «благороднее».

Хотя современное влияние семьи не сравнить со временами Якоба Богатого, им по-прежнему принадлежит достаточное количество недвижимости и собственный небольшой частный банк Fürst Fugger Privatbank, все также расположенный в Аугсбурге. Среди других их активов — Фуггерай, старейший квартал социального жилья в мире, существующий с XVI века и по сей день. Там до сих пор живут люди, а управляет кварталом по-прежнему семейный фонд Фуггеров.

Fürst Fugger Privatbank

Персидские торговцы

Последний пример призван разбавить европоцентричность этой подборки и показать, что подобные «старые деньги» можно найти и в других культурах, в иных частях света. В 1820 году в Бомбей, бывший тогда частью британской колониальной империи, прибыл персидский торговец Мухаммед Хашем. По каким-то причинам он решил променять родной Исфахан на Индию и не прогадал. Он по-прежнему занимался торговлей чем угодно, но новый емкий рынок дал ему возможность существенно расширить номенклатуру товаров.

Кожа, специи, чай позволили семье, взявшей по родному городу родоначальника фамилию Испахани, закрепиться на новом месте.

Бывшие персы быстро поняли ценность хорошего образования, с тех пор традиционно получая его в лучших британских учебных заведениях, а все растущее состояние помогло еще больше диверсифицировать интересы и, помимо торговли, включиться в производство и инвестиции в недвижимость.

Нынешний глава семейного бизнеса Ирадж Испахани

В 1947 году, когда Британская Индия обрела независимость, Испахани остались в мусульманской ее части, получившей название Пакистан. Они переехали в Читтагонг — один из важнейших городов восточного Пакистана, который, в свою очередь, в 1971-м стал независимой Бангладеш. Сейчас семейная компания M. M. Ispahani Limited по-прежнему остается одной из крупнейших торгово-промышленных групп 170-миллионной страны, занимающейся всем чем угодно — от производства продуктов питания, текстиля, упаковки и химикатов до строительства, морских перевозок и индустрии гостеприимства.

В Читтагонге этой восточной династии принадлежит целый район, называемый «колонией Испахани», имеется своя недвижимость и в Великобритании.

Некоторые члены семьи, решившие начать самостоятельный деловой путь не в рамках холдинга, носящего их фамилию, делают карьеру в международных финансово-банковских организациях (например, Мирза Ирадж Испахани на рубеже 2010-х был вице-президентом JP Morgan, одного из крупнейших банков мира). А начиналось все еще в XVIII веке в ныне иранском Исфахане.

Читтагонг

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by