Когда-то люди работали по 16 часов в день и не знали, что такое выходной. Сегодня норма — пятидневка с двумя днями отдыха. Но что дальше? Четыре дня вместо пяти — для многих стран сегодня это реальная попытка переосмыслить баланс между работой и жизнью. В этой статье мы пробежимся по истории восьмичасового рабочего дня, вспомним, как появился второй выходной, и посмотрим, что сейчас происходит с идеей четырехдневки: где ее уже пробуют, кто рискует и что из этого выходит.
Эта статья уже публиковалась на Onlíner. Мы дополнили ее новой информацией и снова делимся с вами — ведь истории и события, которые она раскрывает, продолжают оставаться важными и интересными.
Пока люди занимались в основном сельским хозяйством, разговоров о продолжительности рабочего дня не было. Все определялось сезоном, необходимостью и личными качествами. Но в начале 19-го века Европу и Северную Америку принципиально изменила промышленная революция. Сформировался целый класс рабочих, которые не были свободны в графике.
Рабочий день на первых фабриках составлял 12—14, иногда до 15—16 часов шесть дней в неделю, иногда совсем без выходного. Хозяева предприятий требовали увеличения рабочего времени, чтобы максимизировать производство и прибыль. Детей нанимали на работу вместе со взрослыми.
В ответ возникли профсоюзы и рабочие движения, которые требовали улучшения условий труда и сокращения рабочего дня. В обществе было понимание проблемы. В 1817 году предприниматель Роберт Оуэн запустил в массы слоган «8/8/8 – восемь часов — труд. Восемь часов — отдых. Восемь часов — сон». Того же требовали теоретики марксизма. Потом были десятилетия борьбы рабочих за свои права. Что интересно — не в бедных, но в самых передовых, промышленно развитых и богатых обществах.
В Англии движение чартистов в 1830—1840-е годы распространило требования законодательного сокращения рабочего дня, установления предельной продолжительности рабочей недели и введения обязательного отдыха. Английский закон от 1847 года ограничил 10 часами рабочий день женщин и детей.
Радикальнее всех было рабочее движение США. Рабочий конгресс в Балтиморе в 1866 году выдвинул идею об обязательном 8-часовом рабочем дне.
На государственном уровне рабочий день впервые ограничили во Франции в ходе Второй революции в 1848 году: 10 часов для столицы, 11 часов — для провинций. Однако революционеры проиграли, и уже в сентябре рабочий день продлили до 12 часов. Но ограничение все-таки сохранилось.
В 1856 году австралийские каменщики добились даже 8-часового рабочего дня, но с пропорциональным уменьшением заработков.
В 1868 году рабочий день 8 часов официально ввели для рабочих и служащих государственных предприятий США. Правда, госпредприятий было немного, другие трудящиеся работали дольше.
Отдельно стоит сказать про 1 мая. Этот день отмечается во многих странах, в Беларуси это официально праздник труда и выходной.
И как раз 1 мая прямо связано с ограничением рабочего дня.
1 мая 1886 года случилось массовое выступление чикагских рабочих за восьмичасовой рабочий день. Положение их было действительно тяжелым: труд по 12—15 часов, низкие заработки, отсутствие социальных гарантий. Всего бастовало 350 тысяч человек по всей стране. Были столкновения, убитые рабочие и полицейские, мощная реакция по всему миру.
1 мая 1891 года что-то подобное произошло во Франции.
Снова требование: «Нам нужен восьмичасовой рабочий день», снова жесткий разгон, жертвы, международная реакция и мощный импульс к развитию рабочего движения.
Что интересно: инициатива сверху (добровольная или вынужденная — другой вопрос) иногда давала больше, чем конфронтация.
Например, в 1888 году собственник завода CarlZeiss Эрнст Карл Аббе установил 8-часовой рабочий день, двенадцатидневный ежегодный отпуск, пенсионное обеспечение и т. д. Каждый служащий, от директора (это был он сам) до рабочего, получал заработную плату и долю в прибыли, соответствующую его годичному заработку, причем максимальный оклад любого сотрудника не должен был превышать минимальный более чем в десять раз. Однако такие случаи не были нормой.
Навстречу работникам обычно шли под давлением. Так, в Российской империи после забастовок в 1897 году рабочий день в промышленности ограничили 11,5 часа. Потом он становился еще короче, в 1904 году — в среднем уже 10,5 часа, в 1908-м московский рабочий трудился 9,5 часа, а несовершеннолетние — 7,5.
Так или иначе требование ограничить рабочий день стало общим.
А после Первой мировой войны настроения в обществе и волна перераспределения трудовых ресурсов окончательно изменили картину. В правах работников никто уже не сомневался, профсоюзы и рабочие партии требовали и получали все больше, государство не было однозначно на стороне крупного капитала.
В 1917 году 8-часовой рабочий день декларировали Уругвай и Мексика, объявила Советская Россия. В 1918-м — Германия, в 1919-м — Франция. В 1919 году в Великобритании приняли закон об ограничении рабочего дня до 8 часов, но не для всех работников. В 1931 году 8-часовой рабочий день объявил Китай, в 1938-м — США, в 1947-м — Япония. Правда, не во всех странах и регионах декларация о 8-часовом рабочем дне становилась общей практикой.
В 1919 году Международная организация труда (МОТ) приняла Конвенцию о рабочем времени, которая устанавливала стандартную рабочую неделю в 48 часов и рабочий день — 8 часов в день.
Сделать рабочий день короче 8 часов обычно не требовали. Началось движение за дополнительный выходной.
Если 8-часовой рабочий день — во многом результат борьбы рабочего движения, то со вторым выходным все не так очевидно. Он был скорее логическим ответом на уменьшение количества рабочих часов. Все чаще предлагали уменьшить 48-часовую рабочую неделю до 44, 42 и даже до 40 часов. Но выберите для себя: работать 6 дней по 7 часов или 5 дней по 8 часов 24 минуты?
В 1926 году Международная конференция труда приняла рекомендацию о 5-дневной рабочей неделе.
В 1938 году в Соединенных Штатах был принят Fair Labor Standards Act (Закон о стандарте 40-часовой рабочей недели). У американцев появился второй выходной. За Америкой потянулись другие страны.
Советская власть сразу объявила рабочий день в 8 часов. И обещала в перспективе переход на семи-, шести- и даже на пятичасовой рабочий день. Но выходной был один. Правда, в 1929—1931 годах прошел эксперимент с пятидневкой. Она называлась «непрерывной рабочей неделей». Это когда трудятся четыре дня, пятый день — выходной, потом опять четыре рабочих и один выходной и так далее.
Но у каждого свой скользящий график. 31-й день месяца был дополнительным рабочим днем. Теоретически это уменьшало простои в производстве, люди отдыхали больше, но это было неудобно для общества, представьте хотя бы семью с разными графиками. Потому государство вернулось к традиционному графику.
Хронология событий была такой:
В 1971 неделю уменьшили до 41 часа. Правда из этого часа понемногу набегала так называемая «черная суббота» — периодически этот день назначали рабочим. Кое-что в этом вопросе решали по регионам, в БССР «черные субботы» практически исчезли в 1980-х годах, в некоторых городах Советского Союза — только в 1990-х.
В Беларуси давно стала нормой рабочая неделя в 40 часов с двумя выходными днями. Но в разных странах все по-разному.
Государства Западной Европы в 1990-х в основном перешли на общие правила Европейского Союза о рабочем времени. Где максимальная продолжительность рабочей недели составляла 48 часов и минимум 11 часов отдыха между сменами.
В США обычный рабочий день — 8 часов, а рабочая неделя — 40 часов. Но есть исключения: в некоторых отраслях, например в медицине или строительстве, рабочий день может длиться до 12 часов; в некоторых штатах рабочая неделя может составлять до 60 часов, если работник добровольно согласится на такой режим.
Вот еще пара примеров.
Главной причиной уменьшения рабочего времени в историческом периоде стала скорее не борьба за права трудящихся, а рост производительности, изменения характера труда. Техника изменила многие операции, результаты все больше зависят не от количества, а от качества работы. А тут зависимость от времени бывает даже обратной.
Исследования показали, что большинство людей могут концентрироваться не более 90 минут подряд. Потом необходимо отдыхать и делить большие задачи на части. Время напряженной работы близко к времени эффективной спортивной тренировки. Сверх нормы — усталость и ошибки, которые обходятся дороже дополнительных результатов.
И еще: при любой продолжительности рабочего дня и недели оставалось понятие сверхурочных работ. Иногда это норма, а не исключение. Обычно за сверхурочные платили больше, в Беларуси закон требует двойной оплаты такого времени. А еще есть правила отдельных профессий и культур, должности, на которых ты «всегда на посту», и места, где подчиненному неуместно уходить с работы раньше начальника.
Четырехдневная рабочая неделя — идея, которая еще пару десятков лет назад казалась фантастикой. Первые разговоры о сокращении рабочих дней начались не из желания «поменьше работать», а из практической необходимости: технологии освобождали людей от рутинной работы, и было логично подумать, как распределить освободившееся время. В середине XX века экономисты и социологи экспериментировали с графиками и сокращением часов, но массово это не внедрялось: привычка к пятидневке была слишком сильна, а компании боялись падения производительности.
В последние годы тема резко ожила. Причин несколько. Пандемия показала, что гибкость в работе реально возможна: удаленка и цифровые инструменты сделали сотрудников продуктивнее, а офисные будни — не такими обязательными. К тому же возрастает понимание, что баланс между жизнью и работой напрямую влияет на стресс, выгорание и текучесть кадров. Идея «4 дня вместо 5» стала звучать не как каприз, а как способ удержать людей и одновременно сохранить или даже повысить эффективность бизнеса.
В Исландии четырехдневная рабочая неделя перестала быть экспериментом и превратилась в массовую практику. После пилотных проектов 2015—2019 годов тысячи сотрудников перешли с 40‑часовой недели на 35—36 часов при сохранении зарплаты, при этом продуктивность не упала, а в некоторых сферах даже выросла. Люди стали меньше выгорать и легче совмещать работу с личной жизнью, а компании отметили рост мотивации. Сегодня почти 86% работников имеют возможность сократить рабочее время или обсудить гибкий график, и большинство используют эти права по своему усмотрению.
В Великобритании в 2022 году около 2900 сотрудников из 61 компании перешли на схему «4 дня вместо 5 при сохранении зарплаты». Через шесть месяцев большинство работодателей — 92 % — решили сохранить сокращенный график, а почти треть компаний закрепила его на постоянной основе. При этом компании не потеряли в продуктивности и доходах, а иногда даже получили прирост. Вместе с тем сегодня 4‑дневка в Великобритании пока остается скорее экспериментом и привилегией отдельных компаний, а не массовой практикой.
В Бельгии закон о четырехдневной рабочей неделе действует с 2022 года, но на практике массового перехода на такой график пока нет. Лишь около 0,8% сотрудников реально работают четыре дня, а около 2,8% компаний имеют хотя бы одного такого сотрудника. Эксперты объясняют это трудностью уложить всю работу в четыре дня и организационными сложностями для бизнеса.
Растет интерес к сокращенной рабочей неделе и в Японии. Самый известный эксперимент провела Microsoft Japan в 2019 году: около 2300 сотрудников работали четыре дня вместо пяти, и продуктивность выросла почти на 40%. В 2024—2025 годах к идее начали присоединяться и государственные организации. По данным министерства труда, сейчас около 8% компаний предоставляют возможность работать четыре дня в неделю вместо пяти.
В Германии с 2024 года около 45—50 компаний участвуют в эксперименте с четырехдневкой: по итогам 2024 года более 70—75% из них заявили о желании сохранить новый график.
В Польше летом 2025 года стартовал государственный пилотный проект, в котором компании, НКО и органы власти могут добровольно попробовать 4‑дневку, 35‑часовую неделю или 6‑часовой день при сохранении зарплаты.
В Испании часть малых и средних предприятий участвует в двухлетнем эксперименте — правительство выделило до €10 млн на поддержку компаний, согласных сократить рабочую неделю на минимум 10%, при этом зарплаты сотрудников сохраняются.
Во Франции тоже отмечаются отдельные инициативы — но пока речь преимущественно о локальных экспериментах, а не о всеобщем переходе.
Реальные кейсы четырехдневной рабочей недели есть и в Беларуси. Правда, пока их немного.
За редким исключением, во всем мире 4‑дневка все еще остается экспериментом либо добровольной опцией, а не массовой нормой. Однако растущая волна инициатив показывает: идею воспринимают всерьез, и масштабирование возможно, если результаты пилотных проектов будут обнадеживающими.
Конечно, сокращенная неделя подходит далеко не всем. Эксперименты показывают: там, где работа требует непрерывного присутствия — производство, здравоохранение, экстренные службы, логистика, — четырехдневка практически невозможна. Даже в офисных сферах не все компании решаются на полное сокращение дней. Компании с опаской относятся к риску падения производительности, к перераспределению задач и к возможным неудобствам для клиентов, привыкших к пятидневному графику.
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by