Сначала находили в магазинах просрочку и предлагали решить вопрос через договор на обучение, а потом начали подбрасывать просрочку на полки — так годами работала схема лжеконтролеров, которая охватила всю страну: около 20 организаций, порядка 60 участников, более 40 тыс. потерпевших и свыше 8 млн рублей ущерба. Как это работало, какие уловки использовались и что больше всего удивило следователей? Об этом мы поговорили с замначальника управления анализа практики и методического обеспечения предварительного расследования центрального аппарата СК Константином Главницким.
Читать на OnlínerМы уже рассказывали о лжеконтролерах, которые приходили в магазины и искали нарушения, чаще всего просрочку. Затем продавцов запугивали и вынуждали подписывать договоры и оплачивать сомнительные лекции.
По информации Onlíner, в последнее время под подозрение попали десятки компаний, чьи сотрудники приходили в магазины, а недавно о лжеконтролерах предупредило Министерство антимонопольного регулирования и торговли. Что это на самом деле за компании? В Следственном комитете рассказали подробности.
— Так кто стоял за этими проверками — борцы за права покупателей, как они себя называли, или нет?
— В прошлом году Следственный комитет вместе с органами внутренних дел выявил и пресек схему в сфере защиты прав потребителей, которая работала по всей стране более 10 лет. По нашим данным, в Беларуси действовало несколько организованных групп, которые использовали ее для заработка.
Суть в том, что создавались ООО, при регистрации заявлялся широкий набор целей: защита прав потребителей, проведение семинаров и лекций и так далее. Но, как установлено в ходе предварительного следствия, единственной целью этого было незаконное получение денег от представителей торговли.
Для этого при регистрации в уставы включали квазиконтрольные функции: мониторинг соблюдения прав потребителей и правил торговли, поиск нарушений прав потребителей и тому подобное, — чтобы их действия выглядели легальными.
Преступная схема была поставлена на поток: когда создавалось очередное ООО, его учредители нанимали сотрудников, которые должны были посещать магазины под видом обычных покупателей. Работали по двум сценариям: первый — выискивали реальные нарушения правил торговли, второй — могли бесцеремонно подбрасывать просроченную продукцию. Как правило, приходили в магазины по два-три человека, иногда по одному.
Потом они подходили к сотрудникам и предлагали заключить договор на обучение: семинары, лекции по правилам торговли и защите прав потребителей. И при этом давали понять: либо заключается договор, либо о нарушениях сообщат в контролирующие органы.
Деньги по таким договорам шли на счета этих компаний, суммы варьировались от 50 до 170—200 рублей за один договор. Сами лекции или были формальными, или вообще не проводились.
Пример из одного дела, как это работало: сотрудница такой компании под видом обычного покупателя зашла в магазин одной из торговых сетей в Минске, подбросила на полку бутылку пива с истекшим сроком годности, а затем сама же ее «обнаружила». После этого подошла к продавцу и потребовала заключить договор на 170 рублей. Та согласилась.
— Что можно сказать о масштабах этой схемы?
— В 2025 году по таким фактам возбудили 14 уголовных дел, всего более 40 тыс. потерпевших работников торговли. Ущерб по этим делам — свыше 8 млн рублей.
Приводим их названия: ООО «ТоргПродконсультант», ООО «ТрейдКонсалдинг», ООО «Потребительский партнер», ООО «Сфера потребителя», ООО «Статус потребителя», ООО «Инфопрод», ООО «Опыт потребителя», ООО «Потребительский Экспресс», ООО «Сфера внимания», ООО «Потребительский шанс», ООО «Потребительская поддержка», ООО «Потребительская опора», ООО «ПродСеминар», ООО «Жантиторг», ООО «Визитерторг», ООО «Орион Центр», ООО «Правлекпотребитель», ООО «Совет потребителю», ООО «Содружество потребителей», ООО «Альтернативная корзина».
Сейчас установлено около 60 человек, которые участвовали в этой схеме. Роль каждого еще уточняется, но уже более 40 из них признаны подозреваемыми. Большинство из них сотрудничают со следствием, дают признательные показания, подробно рассказывают, как была организована эта деятельность.
Организаторы установлены и задержаны. 13 людям предъявлено обвинение по статье о вымогательстве, совершенном в составе организованной группы.
Дела расследуются, делать какие-то выводы и ставить точку в этом вопросе еще рано.
Вымогательство — это требование передать имущество, право на имущество или совершить действия имущественного характера под угрозой насилия, уничтожения или повреждения имущества либо распространения сведений, которые потерпевший хочет сохранить в тайне.
Наказывается ограничением или лишением свободы
до 5 лет.
Если преступление совершено повторно, группой лиц, с применением насилия либо с целью получения имущества в крупном размере — наказание составляет от 3 до 10 лет лишения свободы, с возможной конфискацией имущества.
Если вымогательство совершено организованной группой, с опасным насилием либо повлекло тяжкие последствия или совершено в особо крупном размере — наказание
от 5 до 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества.
— Как эта схема смогла существовать так долго и в таких масштабах?
— В ходе расследования мы установили причины и условия, которые позволили этой схеме существовать так долго. Как показала работа, уязвимость для вымогательств возникала там, где нарушались правила торговли. По этим фактам уже внесено 12 представлений в органы власти и руководству торговых объектов для устранения нарушений.
Что касается регистрации таких юрлиц: в стране действует заявительный принцип, и ответственность за подачу документов несут сами учредители. В этом случае они включали в уставы функции, которые создавали видимость контрольной деятельности, — и использовали это как лазейку для преступлений.
Контролировать проверки и проводить их могут только государственные органы. Никакие юридические лица такими полномочиями не наделены.
При этом важно донести до работников торговли: даже несмотря на то что сейчас все организаторы задержаны, если кто-то столкнется с подобными ситуациями, нужно сразу обращаться в милицию и Следственный комитет.
— Почему этой темой начали заниматься именно сейчас?
— На самом деле, первые сигналы появились несколько лет назад, когда начали поступать обращения и возбуждаться отдельные уголовные дела. В конце 2023 года уже был первый приговор руководителю одного из таких обществ. Он получил реальный срок за вымогательство. А затем стало понятно, что это не единичный случай, а целая система.
В 2023 году руководителя ООО «ПотребительГарантиияПраво» приговорили к 3 годам колонии за вымогательство (часть 2 статьи 208 УК) у магазинов под видом защиты прав потребителей и оказания образовательных услуг. Пострадали 60 человек, ущерб составил почти 12 тыс. рублей.
Нужно пояснить, что, во-первых, долгое время такие факты скрывались, потому что торговые сети сами не хотели озвучивать их из-за страха репутационных потерь — например, из-за найденной у них просрочки. Во-вторых, все это происходило разрозненно по всей стране, представители торговли не обращались в Следственный комитет. Как только мы заметили системность, стали собирать эти факты и начали масштабное расследование.
Здесь еще сработала психология давления. Преступники нашли достаточно удачную почву, чтобы взращивать эту деятельность: торговой сети или продавцу было невыгодно, чтобы после жалобы лжеконтролеров пришла настоящая проверка, которая может привести даже к временному закрытию магазина. Поэтому руководители магазинов знали об этой схеме, а иногда деньги собирали буквально в складчину сами сотрудники магазина.
Надо понимать, как вообще развивается преступная деятельность. Сначала преступники применяют конспирацию, это была латентная схема, которую сложно было выявить. На первых этапах они действительно искали реальные нарушения, но со временем начали приносить и подкладывать просрочку, потеряли бдительность.
Действовали как рэкет из девяностых. Именно эта наглость во многом и стала последней каплей — представители торговых сетей начали обращаться в правоохранительные органы.
— Почему эти действия квалифицировали именно как вымогательство?
— Это типичное вымогательство: получение денег под угрозой разглашения сведений, которые другое лицо хотело бы сохранить в тайне. В этом случае люди требовали заключить договор и заплатить под угрозой сообщения в контролирующие органы.
Когда одна сторона требует от другой подписать договор, любой обыватель понимает, что здесь что-то не так. Договоры у нас заключаются добровольно, а здесь использовалось принуждение.
Они говорили: либо вы подписываете договор и платите за обучение, либо мы обращаемся в центр гигиены и эпидемиологии, пишем жалобы, распространяем информацию о нарушениях. Это и есть угроза разглашения сведений.
Поэтому действия квалифицированы как вымогательство по статье 208 УК. А рассказы о том, что это был агрессивный маркетинг или продажа услуг, — это уже защитная позиция обвиняемых.
— Как все было устроено в таких компаниях? Правда ли, что специально искали работников торговли, которые знали все слабые места магазинов?
— Была своего рода «верхушка» — один, два, максимум три человека, которые создавали фирмы специально под эту деятельность. Они становились учредителями, назначали друг друга директорами и фактически руководили всей схемой. Дальше набирали сотрудников, которые ездили по магазинам и торговым центрам, такие вакансии размещали в интернете.
Со временем некоторые из тех, кто работал в таких структурах еще в 2015—2016 годах, сами начинали создавать новые фирмы и становились руководителями.
Да, действительно, нередко в таких компаниях работали бывшие сотрудники торговли. Они хорошо знали внутреннюю кухню магазинов: как выкладывается товар, как двигается продукция на полках, где проще спрятать просрочку. Иногда они использовали товар самого магазина: прятали его глубже на полке, а спустя время доставали и заявляли о нарушении.
Были четкие инструкции, своего рода скрипты: как себя вести, что говорить, как добиваться нужного результата. Если сотрудники магазина отказывались подписывать договоры на семинары, начиналось давление. Могли оставить запись в книге замечаний как обычные покупатели, написать жалобу в санстанцию, угрожать проверками или оглаской.
Ближе к тому моменту, когда их деятельность уже начали пресекать, лжеконтролеры действовали достаточно дерзко и бесцеремонно. Они заранее подбрасывали просроченный товар, а потом приходили и ставили ультиматум: либо оплата несуществующих лекций, либо о нарушениях сообщат в контролирующие органы и будут санкции вплоть до закрытия.
— Был ли у этой схемы единый центр и кто стоял на вершине всей системы?
— Пока говорить о том, что за всеми этими компаниями стояла одна структура, рано. Расследование еще продолжается. Сейчас речь идет о нескольких организованных группах. Некоторые фигуранты могли знать друг друга, но оснований утверждать, что это была единая преступная организация, пока нет.
Следствие сейчас постепенно уходит все глубже — на данный момент мы дошли примерно до 2015 года, но не исключено, что схема работала еще раньше. Объем материалов очень большой.
— Как выбирали эти магазины и кто больше пострадал — крупные сети или мелкие магазины?
— Все началось в Минске — именно здесь были зарегистрированы преступные общества. А потом схема начала разрастаться, как чума, во все стороны. В регионах, конечно, им было проще работать, продавцы могли не так хорошо знать законодательство.
При этом пострадали и маленькие магазины, и заправки, и крупные торговые сети, которые у всех на слуху. То есть от этой схемы не был защищен никто.
Доходило до того, что в райцентрах, когда лжеконтролеры приходили в магазин, продавцы сразу звонили в соседние деревни и предупреждали: «Закрывайтесь, к вам едут». Те просто закрывали магазин до их приезда.
— Почему продавцы все-таки платили деньги?
— Проблема была в том, что продавцы и сотрудники магазинов часто воспринимали этих людей как представителей власти. Они приходили уверенно, ссылались на законодательство, показывали удостоверения, ссылались на уставы, где были прописаны квазиконтрольные функции, и фактически действовали как контролеры.
В магазинах боялись проверок и возможных последствий: жалоб в санстанцию, обращений в контролирующие органы, закрытия точки. Поэтому люди соглашались на предложения, чтобы избежать еще более серьезных проблем.
По делу проходит более 40 тыс. потерпевших, и это только установленные факты за 10 лет. Причем речь не о том, что в магазин могли прийти один раз: некоторые торговые объекты сталкивались с такими якобы проверками снова и снова.
— Сотрудники этих компаний могли не понимать, что участвуют в незаконной схеме? В вакансиях их часто называли просто «тайными покупателями».
— Вымогательство — это умышленное преступление. Человек понимает, что делает, и осознает последствия своих действий.
По нашим данным, сотрудники прекрасно осознавали, что участвуют в незаконной деятельности, особенно в тех случаях, когда речь шла уже не просто о поиске нарушений, а о прямом давлении, чтобы продавец подписал договор и внес деньги.
Люди приходили подготовленными, многие были юридически подкованы, хорошо знали правила торговли, понимали, как устроена работа магазинов. Некоторые заранее изучали объект: приходили в магазин, смотрели, как организована выкладка товара, где что хранится. Потом возвращались снова — что-то перекладывали, где-то фиксировали нарушения, а уже после начинали оказывать давление. Их действия были последовательными и явно заранее спланированными.
И важно отметить, что будут установлены все работники таких компаний: изъяты записи, мобильные телефоны, техника, черная бухгалтерия, есть сведения о сотрудниках из ФСЗН. Мы в любом случае дойдем до каждого, даже бывшего контролера или менеджера, который там работал, и дадим их действиям правовую оценку — примеры такой следственной практики есть.
Тех, кто пока не попал в поле зрения следствия, тоже установят. Так что явка с повинной может быть смягчающим обстоятельством.
— Сроки давности для привлечения еще не истекли?
— Нет, в данном случае сроки давности не истекли. Речь идет об организованной группе, где, как правило, применяется часть 3 статьи 208 УК — до 15 лет лишения свободы, это особо тяжкая статья.
По таким составам срок давности составляет 15 лет. То есть сроки давности здесь еще даже близко не истекли.
— Куда шли миллионы, которые платили продавцы?
— Деньгами распоряжалось руководство компаний, их тратили на собственные нужды и выплаты работникам.
Фактов принуждения к трудовой деятельности у нас нет, люди добровольно шли в такие организации. Их зарплата зависела от количества заключенных договоров, они получали процент от поступавших сумм. Так что сами менеджеры были заинтересованы вынуждать магазины подписывать договоры.
Размер зарплат у них был близок к средним по стране.
— Что в этой истории больше всего удивило следователей?
— Прежде всего масштабы. Это первый случай минимум с 40 тыс. потерпевших — это в тысячи раз больше, чем обычно по таким делам. Масштаб сам по себе впечатляющий.
Второй момент — длительность преступных действий. И третье — определенная дерзость действий фигурантов.
В остальном с точки зрения уголовного права это рассматривается как типичное вымогательство. Да, способ был нетривиальный, замаскированный под якобы легальную деятельность, но, по сути, это вымогательство в чистом виде.
С точки зрения расследования каких-то принципиально неразрешимых сложностей не возникло. Основная сложность — это именно масштаб. Речь идет о примерно 8 млн рублей, при этом деньги собирались небольшими суммами — порядка 100 рублей с каждого случая, что в пересчете дает десятки тысяч эпизодов.
В ходе расследования уголовного дела Следственным комитетом выявлены причины и условия, которые способствовали совершению преступления. Заинтересованным органам указано на выявленные пробелы и недостатки для их устранения.
Эти вопросы требуют более четкого мониторинга — чтобы возможности терроризировать рынок под видом потребительского контроля больше не было.
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by