«Кому рассказываю, все завидуют». Нашли белорусов, которые работают мало, а зарабатывают по $3 тысячи

02 июня 2022 в 14:16
Автор: Светлана Белоус. Фото: архив Onliner

«Кому рассказываю, все завидуют». Нашли белорусов, которые работают мало, а зарабатывают по $3 тысячи

Разыгрываем Playstation и Dyson в приложении Каталог Onlíner каждую пятницу

На днях мы опубликовали истории белорусов, которые приходят на работу и занимаются своими делами: смотрят YouTube, читают, обрабатывают фоточки. Картинка кажется привлекательной, если не принимать во внимание зарплату. За безделье на работе наниматели готовы платить нашим героям максимум $500. Неужели это все, на что можно рассчитывать, ничего не делая? Мы усложнили поиск и попросили откликнуться только высокооплачиваемых бездельников. И такие люди нашлись!

По просьбе героев мы изменили имена и некоторые личные детали. Все фотографии используются в качестве иллюстраций.

«Работаю меньше часа в день, зарабатываю $3 тысячи»

Рассказывая свою историю, Антон как будто сам удивляется: неужели так бывает? Парень работает в Минске программистом, последние полтора года — в компании 150+ человек. Осенью ему поручили проект от европейского заказчика — и белорус с энтузиазмом взялся за новую работу.

Заказчик дал свою технологию, а я должен был сделать сайт под нее. Сначала была довольно напряженная работа — недели две. Первый мой вариант им не понравился, потребовалась доработка. Я все сделал, как они просили, — и на этом моя работа закончилась. С тех пор я просто жду какого-то фидбэка от заказчика. Если его что-то не устроит, буду вносить корректировки. А пока они время от времени присылают обновления, чтобы я перезапустил сайт с новым бэкендом.

Это занимает у меня от силы 10 минут, потому что, по сути, я ничего у себя не меняю. Мое приложение базируется на их программе.

— Заказчик знает, что это занимает у вас так мало времени?

— Понятия не имею. Думал об этом, но спрашивать не хочу, все это баламутить. Какое-то время грызла совесть, но я сейчас в удобном положении нахожусь. У меня есть время, чтобы учиться, своими делами заниматься.

— А что ваше начальство? Они в курсе, что вы ничего не делаете?

— У меня на проекте есть проджект-менеджер. Сначала всю переписку с заказчиком вел только он. Потом я сказал: давай напрямую буду общаться, чтобы не было испорченного телефона. Он, конечно, тоже все читает, может обратить мое внимание на то, что пришли обновления, но в целом я все контролирую. А что касается сути работы, то проджекты ведь часто не разработчики, они не знают, сколько все это времени занимает…

— Неужели нет никакой отчетности?

— Изначально у заказчика не было четких требований, все запросы появлялись на лету. Поэтому не получилось разбить работу на спринты, как это обычно происходит в разработке. Это у меня первый такой проект. Кому из коллег рассказываю, конечно, все удивляются и завидуют.

— И как проходит ваш рабочий день? Вы должны быть онлайн?

— На всякий случай с 10 утра комп у меня всегда включен. А вдруг я кому-то понадоблюсь? Бывало такое, что мне давали какие-то второстепенные задачи: помочь джуну, что-то подсказать. То есть я всегда на связи, но при этом могу спокойно выйти из дома — погулять с ребенком, сходить в тренажерку. Вот сейчас делаю шаурму, — удивляет нас Антон.

— Сколько за это получаете?

— Столько, сколько изначально было в оффере, плюс повышения были. Больше $3 тысяч.

— Кто-то из ваших коллег работает в таком же режиме?

— Я думаю, нет. У них обычные проекты с классической методологией. Хотят или не хотят, люди должны присутствовать на митингах (совещаниях. — Прим. Onlíner), отчитываться перед менеджером и, возможно, перед заказчиком.

Это у меня спринтов нет: ты сам себе предоставлен, сиди себе и потихоньку колупайся.

— А много работать приходилось раньше? Был такой опыт?

— Да, я всегда работал сколько надо, никогда не отлынивал. Все делал в срок, ни одного заваленного проекта, ни одного спринта не пропустил. Были ситуации, когда ночью с заказчиками из Америки общался. И никогда для меня это не было проблемой.

— Сейчас вас все устраивает? Не хотите что-нибудь поменять?

— Первые три месяца все очень нравилось, а теперь уже нет. Когда ты просто сидишь и ничего не делаешь, навык теряется. Остается такое неприятное послевкусие, что ты уже забыл многие вещи и не стоишь своих денег. Я беспокоюсь, что мог обесцениться за это время. А еще я понимаю, что немного выпал из реальности. Слушаю друзей, которые страдают на работе, и думаю: вы о чем, откуда эти проблемы? Все просто, все легко… Когда столкнусь с обычным графиком, думаю, это будет большой стресс.

— О фрилансе не думали? 

— По контракту мне запрещено заниматься любой сторонней финансово выгодной деятельностью, связанной с разработкой ПО. Я никогда не играл на поле фриланса, нет такого опыта. И фирма у меня хорошая, хочу развиваться здесь. Если честно, я уже устал от своего безделья, поэтому запросил еще один проект. Сейчас мне его подбирают, но на это нужно время. Не все иностранные заказчики хотят с нами работать, поэтому пока я нахожусь в ожидании. 

«Доверил работу команде и теперь занимаюсь своими делами»

Максим тоже работает в сфере IT, но, в отличие от предыдущего героя, он не разработчик, а менеджер. Начинал карьеру в найме с жуткого трудоголизма. Мог встать в 6 утра и уже в 7 сесть за работу. 12-часовой рабочий день был нормой, обычной ежедневной рутиной. Когда белорус пришел на позицию менеджера в другую компанию, по инерции работал много. Что интересно, руководству это не понравилось.

— У меня возник конкретный дисконнект с начальством. Чем больше я работал, чем больше идей и задач отдавал команде, тем больше вопросов ко мне возникало, в том числе по поводу моей эффективности. Слишком много всего обсуждалось, и это, видимо, вызывало раздражение. Мне говорили: займись лучше теми вещами, которые сейчас важны.

В какой-то момент я достиг точки кипения и решил для себя: зачем так вкладываться, если можно делать меньше и меньше «отгребать»?

— И что, вы перестали проявлять инициативу?

— Да. В какой-то момент я поговорил с ребятами внутри моей команды (разработчиками, аналитиками) и все текущие процессы передал им. Я решил, что буду заниматься больше стратегическими решениями, на перспективу от 3 до 6 месяцев. У начальства снялось много вопросов ко мне, я перестал их донимать новыми идеями, а они меня перестали донимать наездами. И очень много свободного времени появилось.

— Сколько вы сейчас работаете?

— Где-то по 2—3 часа в день у меня уходит на митинги и час-полтора на основную работу. На митингах я слушаю отчеты сотрудников — если все в порядке, не вмешиваюсь. Если какие-то вопросы возникают, спрашиваю, в чем загвоздка, что мешает двигаться дальше. Получается, я развязал руки команде, перестал людей контролировать и стал меньше внимания уделять незначительным деталям.

Теперь большинство вопросов решаются внутри команды без моего участия.

— И как вы считаете, ваша позиция нужна? Вы по-прежнему ценный сотрудник?

— Я не был в этом уверен раньше, когда постоянно возникало недопонимание с руководством. А теперь считаю, что да. Я получаю хорошие отзывы о работе от заказчиков, маркетологов. Результаты улучшились внутри продукта.

— А чем вы занимаетесь, пока команда работает?

— Одно время я занимался подработкой, тоже в IT: руководил небольшой командой. В феврале все свернулось, и я решил ничего нового не искать. Сейчас я учусь, развиваюсь, прохожу разные курсы. И много времени на личную жизнь появилось: хожу в кафе, гуляю, позволяю себе отдыхать.

— Как думаете, руководство знает, что вы так мало работаете?

— Я думаю, что нет. Хотя cейчас я уже не понимаю их логики. Когда перерабатывал, возникали ко мне вопросы. Чем меньше работаю, тем больше взаимопонимания.

— Сколько зарабатываете? Как думаете, вы этого заслуживаете?

— Моя зарплата — чуть более $3 тысяч. Я думаю, что заслуживаю даже больше и буду стремиться к тому, чтобы зарплату увеличить. На самом деле стратегические решения — самые важные для компании. Если нет какой-то стратегии, нет цели, к которой команда движется, то какой смысл? Работа ради работы? Моя задача — построить такую стратегию развития продукта, с помощью которой компания будет зарабатывать максимум денег с минимальными трудозатратами.

И если я эти вопросы решаю эффективно, какая разница, сколько я времени трачу?

— Будете просить повышения зарплаты?

— Со временем планирую. Сейчас прохожу новые курсы, когда пройду все, что в планах, обязательно приду к руководству с просьбой о повышении.

— Другие менеджеры в компании тоже работают мало?

— Я думаю, что все по-разному. И многое зависит от команды. У меня ребята высококвалифицированные, с ними приятно общаться, у нас высокая степень доверия друг к другу. Я сейчас в идеальном балансе нахожусь, поэтому могу позволить себе работать в таком режиме.

— Мы все любим простые советы. Расскажите читателям, как работать меньше и зарабатывать больше?

— Если вы менеджер-управленец, я советую больше доверять своим подчиненным и максимально делегировать текущие задачи и операционку. Если работаете обычным линейным сотрудником, то даже не знаю… Пытайтесь стать менеджером, наверное, так, — смеется Максим.


сухой корм, основной компонент: птица, для взрослых, для стерилизованных
сухой корм, основной компонент: птица, образ жизни: домашний, для взрослых, для стерилизованных
сухой корм, основной компонент: птица, образ жизни: домашний, для взрослых, для стерилизованных

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Автор: Светлана Белоус. Фото: архив Onliner