Тест проводит одна из минских компаний. На сайте говорится, что он замеряет, насколько эффективно человек работает при разных видах когнитивной нагрузки и ориентируется на автоматические реакции тела. Про оборудование говорится, что оно безопасное — на сайте можно найти декларацию о соответствии требованиям технического регламента Республики Беларусь «Средства электросвязи. Безопасность».

Записываюсь, авансом вношу 50 рублей из 250 и в назначенное время оказываюсь в кабинете. Я заранее подготовила легенду: якобы мне 23 года, весной я оканчиваю университет, специальность «Бизнес-администрирование» выбрали родители, а сама я так и не понимаю, кем быть дальше. В реальности после университета я уже больше семи лет проработала в рекламе и медиа, из которых два года пишу для читателей Onlíner.

Моя заготовленная легенда рискует рухнуть на первом же вопросе: спрашивают не возраст, а год рождения. Наугад называю 2003-й, а в это время подсчитываю, что мне, получается, 22 года, а не 23, и мы подходим ближе к самому тесту.

— В это время у вас будет считываться энцефалограмма, сниматься биоритм, кардиограмма — в результате получим отчет по 30 показателям: как работают ваша нервная система, мозг, как справляется тело.

Мне обещают, что дальше всю снятую информацию загрузят в профориентационный искусственный интеллект и попросят его предложить профессии, которые мне подходят.

— А как кардиограмма помогает понять выбор профессии?

— Эта диагностика основана на психофизиологических ресурсах организма: она покажет силу нервной системы, есть ли у вас стресс. Кардиограмма считывает удары сердца, они связаны с нашим дыханием, и от этого зависит наша работа мозга. Это не та кардиограмма, что в поликлинике, ученые сделали эту разработку, чтобы в целом понимать, как работает ваш организм. И на основе психофизиологических ресурсов искусственный интеллект предлагает: вот эта профессия вам подходит лучше всего, вот эта не подходит. Например, вам для принятия решений нужно время, а профессия, где их нужно принимать быстро, не подойдет.

— А я сегодня не выспалась — это будет как-то влиять? И на прошлой неделе в универе был сильный стресс.

— Мы посмотрим, как организм в целом с ним справляется.

Меня начинают готовить к тестированию — я немного волнуюсь. К левой руке на пластыре крепится датчик в зоне пульса, надеваются VR-очки. В моменте не удается рассмотреть, как они устроены внутри. В правую руку дают контроллер — в очках я вижу, что в моей руке теперь желтая лазерная указка.

VR-пространство выглядит так: слева и справа большие окна с пейзажем вроде пустыни. Если вы сейчас подумали, что мне нужно будет перемещаться по песку и, скажем, справляться с внезапно хлынувшей водой, то нет. Эти окна — чисто декоративная картинка, они ни разу не понадобятся. Передо мной серая стена, на которой появляются задания. Они сами при этом двухмерные — уже после завершения теста мне кажется, что похожий эффект могли бы дать монитор и мышка.

Первое задание — тест Струпа, который наверняка знаком фотографам (и который можно пройти в интернете бесплатно). Суть такова: написаны названия цветов, но сам цвет букв не всегда совпадает со смыслом — например, слово «Синий» написано белым. И мне нужно лазерной указкой «отстрелять» слова, цвет шрифта которых совпадает со значением слова. На следующем этапе задача усложняется: кликать нужно уже не по самим верным словам, а по шарику, который крутится вокруг них.

Следующее задание представляет собой квадрат 5×5. В нем в хаотичном порядке расположены числа от 1 до 25, их нужно выбрать в верной последовательности и, видимо, побыстрее.

Таких таблиц несколько — в какой-то момент ловлю себя на мысли, что рука с контроллером влажная, а волнение вполне себе студенческое.

Тем временем очки дают мне перерыв: включают что-то вроде скринсейвера с летающими цветовыми пятнами. Всего перерывов за все время тестирования три. А следующее задание снова связано со словами и цветами: есть четыре названия растений на одну и ту же букву, каждому присвоен свой цвет. Нужно указкой выбрать те, которые написаны верно, среди примерно десятка неверных. Тут система вообще не дает отдыха — это задание, похоже, для оценки стресса. И во время его выполнения четко ощущается усталость.

После каждого задания нужно оценивать себя в сравнении со своими сверстниками по десятибалльной шкале. Так проходит минут 25, и на этом тестирование закончено.

Уклончиво отвечаю на вопрос психолога, какой тест понравился мне больше всего, и жду результатов. В это время мне предлагают пройти еще один профориентационный тест по QR-коду — ссылка ведет на один из сайтов с психологическими тестами, который находится в открытом доступе в интернете. Получаю результаты, где дважды указана моя реальная профессия. Их интерпретацию психолог не делает, говорит просто почитать описание внизу.

Сам этот тест нацелен на выявление интереса к разным профессиональным областям — рекомендацию можно читать как «Вам может быть интересна журналистика». Вероятно, этот тест предлагают клиентам как способ заполнить паузу в ожидании основных результатов, но выглядит это как «тестирование за 250 рублей включает в себя тест из интернета, который ты проходишь сам».

Вот он, момент икс: готов мой отчет. Он занимает довольно много страниц, в нем есть графики и диаграммы. Больше всего меня удивила информация о том, что в диапазоне «тревожность — стрессоустойчивость» я ближе ко второму полюсу: до сих пор считала, что всякие мемы про «тревожный сыр» — это обо мне. Психолог поясняет: тревога и стресс могут быть, но есть и навык с ними справляться. В этот момент я воодушевлена, мне интересно, чем еще удивят результаты.

Тест называет меня многозадачным человеком, а один из параметров показывает, что я хорошо визуально ориентируюсь в большом потоке информации. Это в целом похоже на нашу работу с новостями — звучит правдоподобно. Но тут за кадром остается вопрос: у меня хорошо с этими показателями от природы или они просто прокачались за время работы?

Были моменты, где у меня откровенно низкие показатели — например, 27 из 100. Замечаю, что эту картинку моя собеседница старается смягчить: «Это неплохо», «Это можно натренировать, я вышлю упражнения». Например, один из таких моментов — навык фокусироваться на нескольких движущихся объектах одновременно. И да, упражнения по его прокачке действительно пришли на почту.

Тем временем психолог смотрит на очередной график и предполагает, что мне сложно дается речевая импровизация.

Например, в обычной жизни это задачи вроде произнести тост, поздравить именинника от лица коллектива. А в работе журналиста речевая импровизация — это скорее рутина профессии, бывает на каждом интервью. Вот он — тот момент, когда итоги теста радикально расходятся с реальностью.

Психолог высказывает еще пару гипотез, которые не сильно совпадают с моей жизнью. Например, данные теста говорят, что креативность — это не про меня. Но на самом деле, если бы это было на 100% так, то не получилось бы придумать реалити с трудоустройством, дикие способы «убить» тюльпаны и, возможно, даже написать этот текст.

Так мы добираемся до самого интересного — двух списков профессий: в первом — подходящие, во втором — те, куда лучше не идти. Профессия журналиста не упомянута нигде.

По результатам теста, я могу быть фельдшером скорой или медицинским лаборантом, дизайнером интерьеров или фотографом, аудитором или финансовым аналитиком, психологом или учителем начальных классов.

А список профессий, в которых мне будет сложно или неинтересно, выглядит так: спортсмен, балерина или танцовщица, пилот гражданской авиации, военнослужащий спецподразделений, хирург, монтажник-высотник, контролер качества продукции, редактор текстов, менеджер проектов, операционный менеджер ресторана.

— А почему мне не подходит профессия редактора текстов?

— Будешь пропускать ошибки.

Ирония в том, что с такими задачами я работала несколько лет, и было нормально. Из списка нерекомендованных профессий особенную боль вызывает пилот гражданской авиации: это работа мечты из альтернативной вселенной. Тест посчитал, что мне сложно быстро оценивать обстановку среди движущихся объектов, — вот и не рекомендует небо, эшелоны и глиссадные огни.

В реальности у меня нет водительских прав, и возникают сомнения: раз профтест оценивает это как слабое место, то, может, и в автошколу не идти?

Психолог спешит развеять мои сомнения: идти-то можно, просто будет трудно.

Возникает вопрос и к самой методике тестирования: к контроллеру и VR-очкам нужно привыкнуть. А что, если в кресле окажется геймер? Тест оценит его точность и быстроту реакции и предложит роль пилота или хирурга? Можно проверить, но придется потратить еще 250 рублей. Кстати, в самом конце мне предлагают пройти еще один профориентационный курс — уже трехдневный и дороже — за 350 рублей.

Профтест в школе запретил мне работать с людьми

На самом деле, это не первая платная профориентация в моей жизни. Старшие классы, поступление на журфак еще даже не намечается, есть смутный намек на будущую профессию в виде интереса к языкам и литературе. В целом, если бы тогда кто-то сказал мне: «Ты будешь писать сочинения и изложения каждый день», — я бы ответила: «Ладно».

Помню, что тогда тест стоил около 40 рублей — сейчас это большая пицца, а на тот момент была довольно ощутимая сумма. Длился он долго — часа два. Задания были в духе «удерживать внимание на круге в центре экрана», какие-то напоминали IQ-тест.

С реальной жизнью результаты того теста разошлись по пункту «Коммуникабельность»: «Вам достаточно проблематично знакомиться с кем-либо, даже звонить по телефону в незнакомое место, особенно если при этом вы должны выступать в роли просителя». Рекомендованные же профессии были совсем другие, и журналиста там тоже не было.

Еще нашлось забавное противоречие того теста и нынешнего, в VR-очках: школьный советовал мне не работать в экстремальных условиях, а свежий, наоборот, отправил меня на скорую.

Какую профессию мне посоветовал тест от службы занятости

На сайте государственной службы занятости тоже можно сориентироваться в выборе профессии: тест можно пройти бесплатно и даже без регистрации на сайте. В нем 90 вопросов, направлен он на выяснение того, какие профессии вызывают больше всего интереса. Его я тоже прошла — и среди нескольких десятков профессий встретила слово, которое записано в моей трудовой.

Что говорят в самом центре

После публикации с нами связались специалисты центра, в котором Наталья проходила тестирование, — приводим их комментарий.

По мнению центра, который оказывает услугу, тестирование «в образе» само по себе искажает результаты:

— Логика тестирования строится на добровольном желании респондента исследовать себя, технология не является детектором лжи. Но при этом желание обмануть и сыграть роль другого человека требует дополнительного напряжения ресурсов психики и неизбежно приводит к изменениям психофизиологических показателей: ключевые показатели (стрессоустойчивость, скорость реакции, волевые усилия, зрительно-моторная координация) чрезвычайно чувствительны к состоянию испытуемого. Данные психофизиологического отчета это подтверждают: результаты показали низкую тревожность, спокойствие в неопределенности — эти качества легко симулировать пассивным невовлеченным поведением. При этом были снижены навыки, требующие активного вовлечения: концентрация, координация, когнитивная гибкость, волевое усилие. Это говорит о намеренной демонстрации «расслабленного и безучастного» паттерна.

Проще говоря, журналистка на старте создала условия для «поломки» теста, поэтому все остальные условия могли быть не соблюдены. Сочетание оптимальной физиологии с крайне низкими показателями работоспособности и волевых усилий, а также диссонанс между отдельными шкалами типичны для ситуаций, когда тестируемый не прикладывает искренних усилий для выполнения задач, следуя скрытой установке «показать, что система не работает». Психолог и профориентолог, кандидат наук интерпретировал результаты психофизиологии не с точки зрения детекции лжи, а с позиции искреннего желания помочь самоисследованию и раскрытию потенциала.

Центр также предложил автору текста пройти тестирование еще раз бесплатно — уже без рабочего интереса. Также его специалисты назвали некорректным с научно-фактологической точки зрения проведение параллелей с двумя другими тестами — школьным и от службы занятости.

По словам представителей центра, их тест основан на нейрофизиологии (ЭЭГ, ВСР), измеряет неосознаваемые, объективные реакции организма на когнитивную нагрузку. Он отвечает на вопрос «каковы врожденные или натренированные психофизиологические ресурсы вашего мозга и нервной системы?». А школьный тест мог быть психофизиологическим, но, возможно, с другими нормативами и не имел оборудования, контактирующего с телом и снимающего биологическую обратную связь. Тест от службы занятости, со слов центра, это классический психографический опросник, основанный на субъективных интересах, желаниях и самооценке человека. В центре отмечают, что все эти тесты измеряют разные вещи и отражают многогранность личности, а не содержат противоречия.

По словам центра, VR-очки стандартизируют среду и минимизируют внешние визуальные помехи:

— То, что вам «не понадобились» окна с пейзажем — нормально, они и не должны были как-то «понадобиться», у них изначально другая цель.

По вопросу «а что если в кресле окажется геймер?» у центра позиция такая:

— Любой профессиональный тест, от психологического до медицинского, строится на сравнении с нормативами. Опыт геймера станет частью его индивидуального психофизиологического портрета.

Организация, проводившая тест, также отмечает, что ни один психолог центра, ни один отчет и ни одна используемая технология не выносит «приговор»:

— Кем быть человеку — решает только он сам. Оборудование центра лишь дает поле вероятных комбинаций, в которых проявляются выявленные сильные стороны человека.

По словам центра, 350 рублей за дополнительный курс от профессионального профориентолога с соответствующим дипломом выглядят в тексте как намек на попытку обобрать клиента или слишком навязчивый сервис.

— Предложение дополнительной услуги по итогам диагностики — стандартная и этичная практика в любой области, от стоматологии до фитнеса. Если тест выявил «слабые места», логично как предложить и тренинги для их развития (специально разработанные упражнения для самостоятельной тренировки центр выслал на электронную почту бесплатно), так и предложить личную, углубленную работу для более уверенного выбора профессии.

Также, по словам центра, в статье отсутствует экспертное мнение:

— Расследуя методику, основанную на нейронауках, автором статьи не была проведена беседа ни с одним независимым экспертом — ни с психофизиологом, ни с нейробиологом, ни с методологом из сферы профориентации.

Со слов центра, журналистка могла обратиться к ним за научными обоснованиями технологии, публикациями, самостоятельно изучить технологию и ее принципы и задать вопросы по методике тестирования непосредственно психологу-профориентологу во время консультации и получить детализированные ответы прямо на месте.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by