Опередивший свое время

«Мы делимся с работниками долей прибыли не потому, что чувствуем необходимость раздавать деньги людям просто из добрых побуждений, — утверждал Томаш Батя в одном из своих программных заявлений. — Нет, этим шагом мы преследуем другие цели. Таким образом мы хотим добиться дальнейшего снижения производственных затрат. Мы хотим добиться того, чтобы обувь стала дешевле, но работники зарабатывали больше. Мы считаем, что наша продукция по-прежнему слишком дорогая, а зарплата рабочих слишком низкая».

Это сейчас система корпоративных поощрений за достижение результата, передача сотрудникам опционов на акции компаний стали привычными для современного бизнеса.

Томаш Батя же ввел похожие инициативы в управление своими обувными фабриками еще столетие назад, когда рабочих еще было принято беспощадно эксплуатировать и относиться к ним как к расходному материалу. Впрочем, для этого компании чешского предпринимателя пришлось пройти через несколько кризисов, когда она стояла на грани краха, и адаптировать к своей отрасли инновационную организацию труда совсем из иной сферы. Результатом же стал удивительный социальный эксперимент, который продолжают изучать в вузах экономического профиля.

Потомственный сапожник

Два брата, Антонин и Томаш Батя, и их сестра, Анна, основали будущий гигантский производитель обуви в 1894 году в небольшом моравском городке Злин. Тогда этот уголок Европы являлся территорией Австро-Венгерской империи, и ему еще предстояло стать после Первой мировой частью сначала независимой Чехословакии, а позже и Чехии. Все три Бати, стоявшие у истоков семейной компании, происходили из династии потомственных сапожников. Корпоративные историки потом нашли доказательства, что все поколения Батей вплоть до XVII века занимались обувным делом. Но именно в начале XX столетия со всеми его перипетиями давнему ремеслу предстояло выйти на новый уровень.

С самого начала новая мастерская с десятью работниками столкнулась с финансовыми трудностями.

Ей было сложно конкурировать с уже существовавшими большими фабричными производствами, тем более что управляющие сразу ввели прогрессивные правила трудового распорядка. Каждый сотрудник имел нормированный рабочий день и фиксированную еженедельную зарплату. Чтобы преодолеть этот сложный период, Томашу Бате и его партнерам пришлось внедрить первую инновацию: вместо полностью кожаной обуви они начали выпускать туфли из кожи с парусиновыми вставками. Это позволило удешевить продукцию и ускорить цикл ее производства. Впоследствии это ноу-хау получит название Baťovka и станет хитом продаж компании.

Американский опыт

Популярность изобретения позволила компании Бати начать внедрять машинные способы изготовления обуви, но настоящий переворот произошел в 1904-м, когда Томаш случайно прочитал в газете статью об уже работающих американских системах массового производства. Он немедленно отправляется в заокеанскую командировку, растянувшуюся на полгода. В Соединенных Штатах Батя лично испытывает революционное изобретение Яна Матцелигера — автоматический станок для крепления подошвы к верху обуви. Прежде эта операция была сугубо ручной и крайне замедляла выпуск обувной пары.

Станок Матцелигера позволил радикально облегчить технологический процесс и сделать обувное производство по-настоящему массовым.

Впоследствии Батя позаимствует в США еще одно важное изобретение. Он посетит фабрики Генри Форда в Детройте и его окрестностях, восхитится конвейерной системой производства и вывезет на родину не только эту идею, но даже чертежи типовых фабричных зданий, которые начнет тиражировать в Европе. К 1912 году в компании Томаша, к тому времени оставшегося единственным владельцем семейного бизнеса, работало уже 1,5 тыс. человек. Однако испытания на этом не закончились.

Через тернии

Кризис, вызванный Первой мировой войной, фабрике Бати в Злине удалось преодолеть только с помощью большого государственного заказа. Армия Австро-Венгерской империи нуждалась в солдатской обуви, и договор на выпуск 50 тыс. пар ботинок и сапог удалось получить именно чешскому предпринимателю. Его компания уже успела зарекомендовать себя как производителя надежной недорогой обуви, способного организовать оперативное изготовление больших партий товара.

Сложнее бизнесу Бати пришлось после окончания конфликта.

Экономика получившей независимость Чехословакии, как и многих других стран Европы, оказалась в сложном положении. Девальвация национальной валюты, всеобщая бедность, разруха, массовая безработица привели к падению спроса, в том числе на обувь. Томаш вышел из кризисной ситуации оригинально. Он наполовину снизил цены на свою продукцию и вместе с тем договорился с собственными рабочими о временном сокращении зарплат на 40%. В качестве компенсации Батя предоставлял сотрудникам и членам их семей питание, одежду и прочие товары первой необходимости за бесценок. В этот же момент появилась и система распределения прибыли предприятия среди всего его персонала. Начинался социальный эксперимент, с которым в будущем будет неразрывно связано имя предпринимателя.

Индустриальный гигант

Благодаря внедренным инициативам фабрике Бати удалось не только выжить в тяжелый послевоенный период, но и продолжить расти. На заработанные деньги Томаш начал превращать свой родной Злин в «город-сад». К 1920-м годам его компания стала градообразующим предприятием, а ее владелец — сначала фактическим, а потом и реальным руководителем (мэром) Злина. Продажи, в том числе экспортные, стремительно росли, как и доходы бизнеса, вот только тратил их Батя не на собственную роскошную жизнь, а на развитие как предприятия, так и социальной инфраструктуры, которая его сопровождала.

В промышленной зоне города выросли многоэтажные корпуса по пошиву обуви, ее окраске, химический завод, механическая мастерская, даже собственное кирпичное производство.

У Бати появились свои филиалы по выпуску резиновой продукции, целлюлозы и картона, шедших на упаковку. Злиновский промышленный гигант включал собственную электростанцию, текстильное производство и отделение по изготовлению обувных кремов. Для обеспечения работников свежими овощами и мясом скупались соседние фермы. Но все же самыми необычными оказались условия, которые предоставлялись персоналу компании.

Утопия

Количество рабочих на фабрике Бати постоянно росло, и все новым сотрудникам надо было где-то жить. Для размещения одиноких компания возводила казармы, по сути, являвшиеся общежитиями, где каждый рабочий получал свою комнату. А вот для семей соорудили корпоративный жилой район из краснокирпичных домов разного типа: индивидуальных коттеджей, зданий на две и на четыре семьи. «Эти дома были тогда очень современными, потому что в них были электричество, водопровод и смывные туалеты, — рассказывала журналистам Ленка Чехманкова, сотрудница музея в Злине. — Для своего времени эти удобства, безусловно, были еще не очень распространены. У каждого дома имелся небольшой сад, предназначенный не для выращивания продуктов, а для отдыха после работы». Хорошо работавший сотрудник мог получить в распоряжение своей семьи собственный дом с гостиной, кухней и ванной комнатой на первом этаже и спальней и детской на втором.

Арендная плата была символической и составляла 5—10% даже от самых низких зарплат.

Фабрика создавала и прочую инфраструктуру, а не только высотное здание штаб-квартиры предприятия, выглядевшее в городском пейзаже небоскребом. Для работников в Злине построили свои школы и детские сады, больницу, универмаг, кинотеатр, библиотеку, рестораны и бары, бассейн. У тех, кто хорошо трудился, появлялись корпоративные скидки. Вот что писал сам Томаш Батя: «Я обнаружил, что крупный завод лучше всего развивается тогда, когда предприниматель стремится служить покупателям и сотрудникам. Это единственный способ гарантировать, что клиенты и сотрудники, в свою очередь, будут служить предпринимателю и его идеям».

Три принципа

Под «идеями» Батя подразумевал три главных принципа своей деятельности, сформулированные им еще в 1923 году: работники должны получать максимальную зарплату, покупатели должны платить минимальную цену, а прибыль владельцев должна оставаться на умеренном уровне. Надо отдать Томашу должное: до конца своей жизни он сохранял верность этим своим стандартам, а затем передал их как моральное завещание наследникам.

Зарплаты на фабриках Бати в три раза превышали средние в Чехословакии и примерно соответствовали уровню самых прогрессивных немецких предприятий.

Квалифицированный рабочий, регулярно выполнявший план, получал около 2 тыс. крон в месяц, или 24 тыс. в год. При этом при желании он мог выкупить предоставленный ему компанией коттедж за 40 тыс. крон. Можно было воспользоваться и своеобразной ипотекой, опять же предоставленной фирмой Бати, то есть стать собственником жилья в рассрочку. Существовало и множество иных социальных льгот. Например, после рождения ребенка компания открывала на его имя счет в банке, куда клала 1 тыс. крон под 10% годовых. Распорядиться накопленной суммой можно было по достижении совершеннолетия. Неудивительно, что работа на Батю была мечтой для многих жителей Чехословакии.

Международная экспансия

К 1930-м годам обувной бизнес Томаша Бати превратился в многопрофильный концерн с интересами в самых различных областях, включая кинопроизводство и авиацию, большим энтузиастом которой был основатель компании. Начали открываться фабрики и в других странах Европы и мира, при каждой из которых компания старалась строить свой жилой городок — мини-аналог Злина. Впоследствии они получили название «батавилли». В Нидерландах появился Батадорп, в Швейцарии — Батапарк, в Канаде — Батава, в Бразилии — Батагуассу и Бататуба, в Индии — Батанагар, в Пакистане — Батапур.

Помехой экспансии компании не стала и смерть владельца.

В 1932 году Томаш Батя погиб при взлете своего личного «Юнкерса» с аэродрома Злина. Руководителями корпорации стали его сводный брат Ян Антонин и сын Томаш Ян Батя. При них успешное развитие семейного дела продолжилось. Если на момент смерти основателя на его компанию работало 16 тыс. человек, то в 1938 году численность персонала увеличилась до 38 тыс. Будущее династии казалось безоблачным. Но в него вмешалась геополитика.

Новая жизнь

Во время Второй мировой войны Чехословакия и многие другие страны Европы оказались оккупированы нацистами. Все предприятия Бати, оказавшиеся в этой зоне, начали работать на военную машину Германии. Члены семьи вынужденно эмигрировали и с остановкой в США обосновались в Бразилии, где у них имелось несколько фабрик. После окончания войны часть заводов национализировали новые социалистические правительства. В итоге семья потеряла примерно две трети своих производственных мощностей и во многом вынужденно начала все с чистого листа.

Однако еще до войны Bata Corporation обратила свое внимание на страны Латинской Америки, Африки, Южной и Юго-Восточной Азии.

Они и стали новым основным вектором развития, ведь Бати предположили, что именно население этих развивающихся государств будет особенно заинтересовано в недорогой, но качественной обуви. Особенно успешным оказалось индийское направление деятельности, где Bata удалось занять значительную долю рынка. К середине 1970-х Bata превратилась в крупнейшего производителя обуви в мире. На 90 фабриках 80 тыс. рабочих и служащих выпускали до 300 млн пар в год. В торговую сеть входило более 5 тыс. магазинов.

Сейчас компания уже потеряла лидерство в отрасли, но с 40 фабриками в 25 странах, 40 тыс. сотрудников и 150 млн пар обуви в 2024 году остается значимым игроком на данном рынке. А в чешском Злине — городе, где все начиналось, — имя Томаша Бати до сих пор пользуется популярностью, ведь нынешние его жители — это дети, внуки и правнуки тех, к кому этот предприниматель впервые в их жизни отнесся по-человечески, кому он дал будущее и веру в то, что комфортный быт возможен и у простых рабочих.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by