30 ноября 2021 в 8:00
Автор: Артем Беговский. Фото: Максим Малиновский; Александр Побат

Преступление без срока годности. Как торгуют «просрочкой» и сколько на этом зарабатывают

Проблему серой торговли «просрочкой» мы поднимали в прошлом месяце. И вроде бы успешно: железнодорожный вокзал больше не оккупируют сомнительные личности со столами и баулами сладостей. Однако спустя всего неделю нам удалось купить «мертвое ассорти» на 80 рублей. «Можете просто высыпать, раскидать и продавать россыпью. Я раньше, допустим, как на Тракторный едешь, на проходной становился под закрытие, открывал багажник — и за полчаса у меня все забирали», — откровенничает новый продавец, он и скидки предлагает, и доставку, и даже учит, как работать, чтобы не попасться. На новое предложение мы наткнулись в Viber. Помимо низкой цены, глаз цепляется и за ассортимент, который постоянно пополняется, а для проверенных клиентов даже осуществляют бронь продукции. О том, как «просрочка» исчезает из магазинов и сколько на этом зарабатывают, читайте в материале.

Кажется, у них есть склад

Оказывается, в Viber можно не только поздравлять родственников стикерами с храмами или уточнять какие-то рабочие моменты, но и найти бесплатную рабочую силу или сбыть просроченную продукцию. Тут можно купить практически все — начиная от таблеток для похудения, зубной пасты, порошков, кофе, поношенной одежды и заканчивая банями и подгузниками. За товарооборотом наблюдает чуть больше 10 тысяч пользователей. В день здесь строчат по две тысячи сообщений: повторяющиеся с определенным интервалом предложения продавцов вперемежку с уточняющими вопросами от потенциальных покупателей.

Но вернемся к еде. В группе я написал некоему Андрею, по крайней мере так он подписан и на это имя откликался. Именно он и торгует сладким. Без какого-либо обмана и сказок о зарубежном происхождении рассказывает, что товар белорусский и просрочен. Ориентируюсь по фото, составляю список желаемого и получаю счет на 81 рубль. По итогу, конечно, вышел пересорт, за что мне делают скидку в один рубль.

Спецификация выглядит так: килограмм Raffaello в запечатанной заводской коробке, 20 сникерсов, которые «на приколе» вот уже несколько месяцев, кило Mamba, которая не продается в Беларуси с середины прошлого года, польские чипсы, пакет слипшихся коричневой жижей шоколадок, годные по срокам, но уже не один день мечтающие о пониженном градусе Kinder Pingui и классика жанра — запрещенные Госстандартом крекеры Tuk. Все это с трудом помещается в коробку на 20 килограмм.

Уже при личной встрече Андрей обмолвится о складе, где хранится продукция (у прошлой банды под это дело был выделен гараж), но экскурсии туда не водят. Увы, хранилища с «просрочкой» мы не увидели. Контрольную закупку делаем с багажника возле жилых домов на Рокоссовского.

В его машине стоит две коробки: одна для меня, вторая, в два раза больше, для проверенного клиента из Бреста, который впаривает «просрочку» соседям, а разницу кладет в карман. Сверив заказ с имеющимся в коробке и извинившись за пересорт, Андрей хотел было ехать по делам, но стоило мне только спросить о постоянных объемах, как его понесло.

— Слушайте, а реально такие объемы у вас постоянно заказывать?

— Смотрите, если от 100 рублей заказываете, то 5 рублей доставка. Зависит от того, что вы будете брать, в каком количестве.

— А ассортимент какой?

— Ассортимент разный бывает.

— А что берут?

— Если на перепродажу, то берут киндеры, потому что у него цена, сами понимаете: яйцо стоит 3 рубля, а приходит оно по рублю. В прошлый раз пришло 200 штук — их сразу же и забрали. В основном приезжают женщины со Жданов и забирают сразу все. Если я буду знать, что вы у меня заберете, то, как только мне придет на склад, отложу вам.

— А скидка есть за объемы?

— Есть. Я в данном случае просто посредник — выкидываю в группу и с этого имею процент.

— А откуда все это, с «Авито» небось? да-да, на «Авито» и сегодня полно предложений о продаже «просрочки». Даже прайс скидывают. Вот только ехать надо как минимум в Смоленск.

— Нет, приходит из наших магазинов. Они как бы должны все это списать, но просто продают по акции, и есть склад, который все это скупает. Я просто реализую. Вот, например, киндеры, которые еще не просрочены: я даже не знаю, почему их списали.

— А как их по точкам раскидывать?

— У нас в стране за это, сами понимаете, могут дать штраф. Можете просто высыпать, раскидать и продавать россыпью. Я раньше, допустим, как на Тракторный ехать, на проходной становился под закрытие, открывал багажник — и за полчаса у меня все забирали.

— Рабочие?

— Да, вот в магазине сколько такая «раффаэллка» стоит — 12 рублей, а тут их 7 упаковок, это уже на 35 рублей дешевле. Есть пиво, но его сейчас нет, которое в бочонке. Кофе есть, но цена не сильно отличается от магазинной. Есть у меня клиент, — Андрей показывает на вторую коробку, которую он собирается отправлять почтой, — он собирает заказ, там 10 килограмм сникерсов и прочих конфет.

— Себе берет?

— Нет, он просто идет по соседям, собирает заказ, к моей цене он еще накручивает и просто на этом зарабатывает как посредник.

— Вы тоже посредник, как наемный или перепродаете?

— Нет, я не наемный, просто есть человек, который занимается конкретно этим. Я просто реализовываю.

Бьем по рукам и с обещаниями о дальнейшем сотрудничестве расходимся. В момент, когда вы читаете эту публикацию, из-за поднявшейся шумихи и внутренних расследований у импортеров и производителей Андрей уже пропал из нашего поля зрения. Объявлений от него больше нет, но сообщество продолжает жить. Сколько таких коробок он отправил по всей стране — неизвестно.

«Скорее всего, это условное лицо, занимающееся криминалом»

В этот раз удалось купить «просрочку» в заводской коробке, где указан учетный номер, а по нему уже можно вычислить тот самый субъект хозяйствования, который закупил эту партию. Но, как это часто бывает, на вопросы журналистов в таких случаях приходят лишь ничего не говорящие отписки. Вот официальный ответ «Ферреро Руссия» — производителя Raffaello:

 «Компания провела проверку предоставленной вами информации. Мы можем заверить вас, что команда Ferrero предпринимает все необходимые меры, чтобы гарантировать качество и свежесть своей продукции, представленной на потребительском рынке в торговых точках».

Помимо этого удалось выяснить, что подобное в Беларуси с продукцией Ferrero происходит впервые, а что-то аналогичное появлялось в Казахстане, но тогда речь шла о подделке. Что касается виновных, то с ними пообещали что-то сделать, но кто это конкретно — остается загадкой.

Другого крупного производителя — Mars новость о том, что их батончики обретают вторую жизнь и только мной за месяц куплены дважды, сильно взволновала. В организации по сей день проводят внутреннее расследование, совещаются службы безопасности, ищут утечку. Об итогах всего этого пообещали сообщить позже.

— Потенциально наши сотрудники уверены, что продукт белорусский. Ведется внутреннее расследование, пробуем сделать контрольную закупку, но сейчас эти продавцы поняли, что их ловят, и залегли на дно. Какого-то организационного состава мы не видим, вряд ли торговые сети и дистрибьютеры будут заниматься такими вещами, такая модель для них не работает. Скорее всего, это условное лицо, занимающееся такими действиями криминального характера, — сказали в отделе корпоративных отношений компании.

Переходим к нашим, белорусским импортерам. Те польские чипсы в Беларусь завозит «Онега». Для утилизации чипсов дистрибьютеры и ритейл отправляют просроченную продукцию непосредственно им, а те уже самостоятельно хоронят, давят или сжигают. Но в данном случае продукт на утилизацию не возвращался и обращений от ритейла на возврат не поступало.

Возможные схемы распространения

Получается, что варианты «откопали на свалке» или «не довезли на утилизацию» отпадают. И тут есть несколько схем, по которым товар может незаметно исчезнуть с прилавков магазина. Крупным, да и мелким, ритейлам, где 15—20% всей продукции — скоропортящийся товар, «левачить» «просрочкой» сродни самоубийству. В случае проверки магазин могут закрыть на несколько суток, «скоропорт» погибнет, а вместе с ним и бизнес.

1. Зачастую во время банкротства магазина часть продукции исчезает в неизвестном направлении. Ну а саму недостачу могут повесить на сотрудников.

2. Как оказалось, магазинам необязательно заключать договор на утилизацию — они и сами могут выкинуть «просрочку» в мусорку, заполнив необходимые бумаги. Вот только жизнь бывает противоположна актам: подпись стоять будет, но будут ли сникерсы в мусорном баке — вопрос открытый. Кого-то и сейчас ловят и штрафуют за такое, иногда даже увольняют, но с непредсказуемой периодичностью сотрудников магазинов душит жаба и не позволяет выкинуть еду, хоть и просроченную.

3. Описанная Андреем схема, мол, скупили почти просроченную продукцию или «некондицию», завезли на склад, а покупателей завлекают в разных сообществах и форумах фотографиями вкусняшек. Повезет, если надпись «не в сроках» будет стоять под каждым таким постом.

4. Рынки, ИП или мелкие точки типа ларьков — этих ребят вообще трудно проконтролировать. С другой стороны, через день после покупки «просрочки» мы отправились на Ждановичи, чтобы проверить слова Андрея. Шел дождь, на «поле чудес» занято 3—4 столика, а на всем рынке с конфетами замечено всего два торговца. «Просрочки» у них не нашли, киндеров и вовсе не было, говорят, ждут поставки к Новому году. На вопрос «откуда?» отвечают: «Польша, Россия...» Где-то я уже это слышал, но, как бы там ни было, с рынка мы ушли без шоколадных яиц.

История бывалого

Услышать откровения от Андрея нам не удалось, зато сразу после первого текста в редакцию обратился Алексей (имя изменено). Он рассказал удивительную историю о том, как он перевозил «просрочку» в Беларусь из России. По очевидным причинам говорить он согласен только на условиях анонимности. По его словам, возить конфеты он перестал давно. Дело было в 2017 году.

— Я работал водителем у женщины, она сама реализовывала конфеты в Ольшанах, там все друг друга знают и берут не спрашивая. Нас свел общий знакомый, когда ей нужно было перевезти груз. Помог, она рассчиталась. Затем она попросила завезти женщин в Смоленск, которые там по 10 часов в гараже будут наклейки переклеивать. Что я и сделал, завез сперва в Россию, а затем по городу: то на работу, то на съемные квартиры.

У всех шоколадок на обертке выбит или написан срок годности. Эти женщины его просто стирали, печатали наклейки и клеили поверх. Если там было выбито иголками, как бывает у некоторых, поступали аналогично. Людей для этой работы нанимали в Беларуси. Один раз попалась партия шоколадок с печатями — их не стереть, ничего не сделать. И они просто ручкой дорисовывали.

Сама лично эта женщина у прилавка ничего не продавала, у нее был свой человек, которому она привозила конфеты, или перепродавала тем, кто в розницу торгуют на рынках. Естественно, у этих людей были не только просроченные конфеты, но и нормальные. Бывало, прям фурой привозили в Минск и просто перегружали людям, которые это все забирали в машины и уезжали. 

— Сертификаты, накладные, акты, транспортники — как с этим решались дела?

— Она продавала тем людям, которым эти документы не нужны. Понимаете, люди торговали нормальными конфетами, у них были действующие сертификаты, так вот к этой партии добавляли «просрочку». По бумагам все хорошо, а каждую конфету проверять никто не станет, да и нереально это. Ценники, объясню так, по Петербургу, когда я там был, покупал 400 кило конфет за 900 наших рублей. Когда я их привез и сдал — мне заплатили 1200 рублей. На шоколадках заработок идет больше.

Пару раз останавливали транспортники в России, ну, видят они кучу конфет, им в карман пару шоколадок кинешь — они и отпустят. Эта женщина в 2017 году около 2 тонн «просрочки» в месяц могла спокойно перевозить. Думаю, пару тысяч долларов в месяц у нее выходило. 

— Сами-то ели эти конфеты?

— Некоторые пробовал, не сильно старые, ел, но в очень малых количествах.

Как горит «просрочка»? Самостоятельно утилизируем залежавшийся сахар

Возможно, на свалке, где продукцию предают земле, нам прояснили бы ситуацию или хотя бы показали, что делается с аналогами. Но ответ был таков: «Общество считает нецелесообразным прием журналиста на принадлежащем Обществу объекте по использованию отходов в связи с закрытым производством. Также общество не располагает возможностью отследить по номеру партии или штрих-коду, передавалась ли данная партия на утилизацию».

В связи с вышесказанным закончить эту историю пришлось мне самому. Нахожу кострище и отправляю коробку прямиком в ад, на костер, туда, откуда ее больше никто не достанет. Да, такими варварскими способами по сей день утилизируют продукцию, еще могут раздавить или хорошенько «пресануть». Но согласитесь, с огоньком красивее. Смотрим, как горит шоколад!

Быстрее всего сгорели печенье и чипсы, а запах бекона чувствовался даже сквозь дым. Упаковка Mamba почернела, потеплела, но сохранила свои очертания прямоугольника, вот только сироп вытек весь. Шоколадка не горит и не плавится, так и лежит пластом, ей можно тушить огонь не хуже воды. Конфеты Raffaello чернеют, но не лопаются, как ожидалось. Горит «просрочка» очень долго и неохотно, со всей коробкой мы не справились и выбросили остатки в мусорку возле офиса. Возможно, на свалке на нашу находку найдут агрегат помощнее.


Наполнители туалетов для животных — пополняйте запасы в Каталоге Onlíner

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner запрещена без разрешения редакции. ng@onliner.by

Автор: Артем Беговский. Фото: Максим Малиновский; Александр Побат