Три акции по $60. Как секретарша тайно накопила $7 миллионов

Сирота

Грейс родилась 4 апреля 1909 года на небольшой ферме в округе Лейк все в том же Иллинойсе. Сельское детство было непростым и к тому же оказалось омрачено семейной трагедией. В 12 лет девочка вместе со своей сестрой-близняшкой Глэдис остались круглыми сиротами и могли рассчитывать разве что на государственный приют с его обычно суровыми нравами или воспитание дальней родней. В каком-то смысле сестрам Гронер повезло. Вместо этого их приютил Джордж Андерсон — давний друг их родителей, живший в университетском городе Лейк-Форест примерно в 50 километрах к северу от Чикаго и владевший там несколькими зданиями, включая местный кинотеатр.

Новый опекун принял близняшек как родных дочерей.

Эта неожиданная забота пусть близкого, но все же чужого человека привила Грейс глубокое чувство благодарности. Ту же тихую, ненавязчивую щедрость она сама проявит спустя много лет.

Судьба секретаря

Повзрослев, Грейс Гронер поступила в колледж Лейк-Форест — частное гуманитарное учебное заведение, кампус которого находился в живописном лесу на западном берегу озера Мичиган. Обучение полностью оплачивали Андерсоны, считавшие образование воспитанницы делом принципа даже в непростые для собственного семейного бюджета времена. Выбор вуза был обусловлен не только его расположением в городе, где жила девушка. Карьера в прикладных науках, бизнесе, медицине или юриспруденции была практически невозможна для абсолютного большинства женщин ее поколения. Небольшой же Лейк-Форест с несколькими сотнями студентов готовил в первую очередь учителей, секретарей, библиотекарей и специалистов некоторых других гуманитарных профессий.

Грейс окончила колледж в 1931 году с дипломом бакалавра английского языка, дававшим выпускнице шанс получить должность в школе или офисе.

Высшее образование само по себе давало определенную респектабельность и открывало двери в приличное общество маленького городка, но все же не гарантировало вчерашней студентке без опыта ни работы, ни сколь-нибудь серьезного дохода. Тем более что из всех выпусков вуза этот казался едва ли не самым несчастливым за все столетие: к тому моменту американская экономика уже второй год находилась в глубоком кризисе, оставившем тысячи куда более опытных дипломированных специалистов без рабочего места и зарплаты.

Депрессия по расписанию

Выпускной, 1931 год пришелся на разгар Великой депрессии, начавшейся после обвала фондового рынка США в октябре 1929-го. Ему предшествовали годы биржевых спекуляций и раздутых на заемные деньги котировок акций, а когда пузырь лопнул, за ним последовали тысячи банков, не выдержавших волны панического изъятия вкладов. Правительство при этом ужесточило внешнеэкономическую политику, включая печально известный закон Смута — Хоули о заградительных пошлинах, что ударило по международной торговле и лишь усугубило спад.

Промышленное производство сокращалось, а вот безработица стремительно росла.

Молодым выпускницам колледжей, которые не желали или не могли стать домохозяйками, в такой обстановке доставались в лучшем случае должности машинисток, стенографисток и секретарей. При этом тысячам незамужних девушек без стажа приходилось конкурировать за считаное число вакансий с опытными, но уволенными офисными сотрудницами. На этом безрадостном фоне Грейс опять повезло: место для нее нашлось, причем в компании, продолжавшей даже в разгар Великой депрессии не только успешно работать, но и нанимать новый персонал.

Одна компания как судьба

Этой компанией стала Abbott Laboratories — крупное фармацевтическое предприятие неподалеку от Чикаго. Лекарства и медицинские товары были нужны людям даже в самые тяжелые годы, и этот факт спас тысячи рабочих мест в здравоохранении, пока другие сектора американской экономики сокращали сотрудников целыми подразделениями. Грейс приняли на рядовую канцелярскую должность без каких-либо намеков на быстрый карьерный рост, но все же это было куда лучше, чем остаться обычной безработной, вынужденной искать себе удачное замужество.

Она проработала секретарем в Abbott 43 года подряд, вплоть до выхода на пенсию в 1974-м и все это время оставалась простым делопроизводителем, ни разу не попытавшись сменить профиль деятельности. За эти четыре с лишним десятилетия в судьбе Грейс Гронер не случилось ни резких изменений, ни каких-либо выдающихся достижений, обычно попадающих в личные истории успеха. Но спустя несколько лет после начала работы на новом месте молодая секретарь все же приняла одно незаметное финансовое решение, десятилетия спустя сделавшее ее имя известным далеко за пределами родного Иллинойса.

Три акции

В 1935 году 26-летняя Грейс купила три акции Abbott по $60 каждая. Для обычной служащей середины 1930-х годов, чья зарплата исчислялась несколькими десятками долларов в месяц, скромные по нынешним временам инвестиции в $180 ощутимо били по повседневному бюджету.

Никакого продуманного плана или расчета на десятилетия вперед у Грейс Гронер, судя по всему, не было.

В середине 1930-х сама идея вложения личных сбережений в акции была скорее экзотикой для рядового клерка, особенно спустя всего несколько лет после биржевой катастрофы, подорвавшей доверие миллионов американцев к фондовому рынку. Гораздо более вероятно, что Грейс руководствовалась логикой лояльного сотрудника: она уже четыре года работала в Abbott, на фоне происходящего вокруг начала доверять компании и в конце концов решила стать одной из ее совладелиц, пусть и в довольно символическом смысле. Акций каких-либо других компаний Грейс больше никогда не покупала, ограничившись этой единственной сделкой на всю свою оставшуюся долгую жизнь.

Редкая стабильность

Грейс Гронер повезло и в третий раз — теперь уже с работодателем, которому она обязана своим состоянием. Abbott Laboratories еще в 1888 году основал чикагский врач и фармацевт Уоллес Эбботт, начинавший в своей аптеке с производства точно дозированных гранул на основе растительных алкалоидов. К 1930-м годам скромная мастерская выросла в серьезного производителя лекарственных препаратов с собственными лабораториями и заводами, а к XXI веку превратилась в один из крупнейших в мире медицинских концернов с выручкой около $40 млрд в год и штатом из более чем 110 тыс. сотрудников.

За 138 лет своей истории Abbott ни разу не была продана целиком, не обанкротилась и не исчезла в результате покупки конкурентом, что большая редкость для американского бизнеса такого возраста.

Подавляющее большинство фирм из ведущих биржевых индексов столетней давности либо давно прекратили существование, либо многократно растворились в слияниях и поглощениях. Дивиденды своим акционерам Abbott выплачивает без единого перерыва уже больше столетия (!), с 1924-го, и повышает их уже 54 года (!!) подряд, что давно вывело ее в узкий клуб так называемых дивидендных королей. Такое редкое сочетание долголетия, финансовой дисциплины и способности пережить любой экономический и политический шторм и стало фундаментом успешной истории Грейс, хотя сама она в момент покупки акций вряд ли задумывалась о подобных перспективах.

Три четверти века фондового консерватизма

С 1935 года и за 75 остававшихся лет своей жизни Гронер не продала ни одной акции. Все регулярно выплачиваемые ей компанией дивиденды она автоматически направляла обратно на покупку новых ценных бумаг, а сама Abbott за эти десятилетия несколько раз проводила сплиты (дробление), увеличивая количество долей на руках у каждого держателя без каких-либо дополнительных вложений с его стороны. В этом заключается сила так называемого сложного процента: с каждым годом база для начисления прибыли разрасталась за счет всех прежде реинвестированных дивидендов и дробления долей. По прошествии долгого времени этот эффект снежного кома значил для итогового результата куда больше, чем сама изначальная сделка.

К моменту смерти Грейс в 2010 году исходные три акции превратились в более чем 100 тыс. ценных бумаг общей стоимостью около $7,2 млн.

Ни продаж на очередном пике котировок, ни попыток зафиксировать промежуточную прибыль, ни панической распродажи в кризисные для рынков годы, включая обвал 2008-го, в ее финансовой биографии так и не случилось. Крайне консервативная инвестиционная стратегия фактически проделала за женщину всю работу без какого-либо активного участия с ее стороны. Правда, для Гронер все могло закончиться и совсем иначе.

Ставка на всю жизнь

С точки зрения классической финансовой теории поведение Грейс выглядит крайне рискованным. Весь ее капитал был вложен в акции одной-единственной компании без какой-либо диверсификации, вопреки простому правилу не класть все яйца в одну корзину. Куда серьезнее, впрочем, была другая ошибка: эти ценные бумаги принадлежали ее собственному работодателю. Случись с Abbott банкротство в любой из моментов ее долгого пути, Грейс лишилась бы одновременно и работы, и всех сбережений, и пенсионных накоплений. Именно так позже потеряли отложенное на старость сотрудники обанкротившихся корпораций вроде Enron, державшие акции работодателя на своих пенсионных счетах. Финансовые консультанты приводят подобные случаи как хрестоматийный пример недопустимой концентрации риска.

Выбор Грейс оказался правильным лишь благодаря стечению обстоятельств.

Abbott оказалась одной из немногих компаний, выживших в кризисах и год за годом наращивавших дивиденды. Выбери она для той единственной покупки любую другую фармацевтическую фирму своего времени, весь ее многолетний эксперимент с высокой вероятностью мог закончиться крахом задолго до достижения Гронер преклонного возраста. В основе ее успеха лежало сочетание житейского терпения и удачного случайного выбора.

Посмертная тайна

При таком внушительном состоянии образ жизни Грейс оставался предельно скромным вплоть до смерти. Она так и не вышла замуж и не завела детей, долгие годы снимала небольшую квартиру в здании, где размещался кинотеатр ее детских воспитателей Андерсонов. Позже одна из подруг завещала ей собственный крошечный двухкомнатный домик в квартале, некогда предназначавшемся для прислуги, и Грейс переехала туда из арендного жилья.

Знакомые в один голос описывали Грейс как приветливую, но абсолютно непритязательную женщину без малейшего намека на роскошь в быту или привычках, будь то одежда, жилье или повседневные траты. При этом затворницей или скрягой она не была.

Выйдя на пенсию, Грейс много путешествовала и анонимно помогала нуждающимся людям, никогда не афишируя источник этой помощи.

В 2008-м, за два года до смерти, Гронер учредила благотворительный фонд своего имени и заранее передала ему все накопленные за долгую жизнь активы. Фонд устроен как классический эндаумент: доставшийся ему по наследству капитал в $7 млн остается нетронутым и инвестируется, принося, по последним оценкам, порядка $300 тыс. дохода в год. Эти проценты ежегодно направляются на стипендии для студентов колледжа Лейк-Форест, альма-матер героини, оплачивая им стажировки и программы обучения за рубежом, недоступные без посторонней финансовой поддержки. По оценкам, сделанным на момент оглашения завещания, фонд Грейс Гронер способен помочь 1300 студентов колледжа. Решение, принятое уже почти сто лет назад, феноменальное терпение и толика везения одного человека обеспечили неплохой социальный лифт новым поколениям выпускников Лейк-Фореста.

Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by